2019 2018 2017 2016 2015 2014 2013 2012 2011 2010 2009 2008 2007
Историческая справка
Кадровый состав института
Основные направления научных исследований
Дирекция
Ученый совет
Сотрудники
Локальные  акты
Вспомогательные подразделения института
Контактная информация
Отдел права
Отдел философии
Удмуртский филиал по исследованию проблем этнополитики и государственного строительства
Лаборатория социально-политических коммуникаций
Сектор теоретической лингвистики и академических коммуникаций
Сектор истории и философии науки
Кафедра философии
Кафедра иностранных языков
Объявления
Информация для поступающих в аспирантуру
Информация для аспирантов
Кандидатские экзамены
Нормативно-правовая база подготовки научно-педагогических кадров РФ
Нормативно-распорядительные документы ИФиП УрО РАН
Научно-педагогический состав
Список аспирантов
Личный кабинет
Планируемые и проведенные в Институте
Конференции по направлениям
Поиск по конференциям
Планируемые и проведенные в 2019 году
Проведенные в 2018 году
Проведенные в 2017 году и ранее
Доклады наших сотрудников
Полезные ссылки
Семинары по направлениям
Поиск по докладчикам
Поиск по семинарам
Планируемые семинары
Ближайшие и проведенные в 2019 году
Поиск по авторам
Поиск по публикациям
2019 2018 2017 2016 2015 2014 2013 2012 2011 2010 2009 2008 2007 2006 2005 2004 2003 2002 2001 2000 1999 1998 1997 и ранее
О журнале
Поиск по авторам
Поиск по статьям
2019 Том 19
2018 Том 18
2017 Том 17
2016 Том 16
2015 Том 15
2014 Том 14
2013 Том 13
2012 Вып. 12
2011 Вып. 11
2010 Вып. 10
2009 Вып. 9
2008 Вып. 8
2007 Вып. 7
2005 Вып. 6
2004 Вып. 5
2003 Вып. 4
2002 Вып. 3
2001 Вып. 2
1999 Вып. 1
О журнале
Поиск по авторам
Поиск по статьям
2019 Вып. 19
2018 Вып. 18
2017 Вып. 17
2016 Вып. 16
2015 Вып. 15
2014 Вып. 14
2013 Вып. 13
2012 Вып. 11-12
2010 Вып. 9-10
2009 Вып. 8
2007 Вып.7
2006 Вып. 6
2005 Вып. 5
2004 Вып. 4
2003 Вып. 3
2002 Вып. 2
2001 Вып. 1
О библиотеке
Поиск поступлений
2019 2018 2017 2016 2015 2014 2013 2012 2011 2010 2009 и ранее
Система электронных библиотек (ИФП)
Издательства
Журналы
Другие библиотеки
Научные фонды
 
 Научные подразделения / Отдел философии / В 2007 году отделом философии проводилась реализация научного проекта: «Инновационные направления политической дискурсологии, в рамках которого была организована 2я Международная конференция: "Дискурсология: методология, теория, практика" посвященная памяти Ж.Бодрийяра (ноябрь - декабрь 2007).  Версия для печати   Карта сайта     Language По-русски По-английски
 
Об отделе
Сотрудники
Направления научных исследований
Публикации
Научные связи
Мероприятия
Отчеты о деятельности отдела

В 2007 году отделом философии проводилась реализация научного проекта: «Инновационные направления политической дискурсологии, в рамках которого была организована 2я Международная конференция: "Дискурсология: методология, теория, практика" посвященная памяти Ж.Бодрийяра (ноябрь - декабрь 2007).

Важнейшие результаты фундаментальных и прикладных исследований.
В поле внимания отдела философии за отчетный период были, прежде всего, проблемы трансформации Модерна как политического проекта, институционализации и теоретико-методологического обоснования предметных полей комплексных дисциплин, а именно, политической дискурсологии, дискурс-глобалистики, теории политического медиа-дискурса, этнополитологии.
В рамках заявленной темы отдел философии рассматривал четыре подтемы, каждая из которых освещает определенный комплекс актуальных теоретико-методологических проблем, связанным со вступлением российского общества в эпоху глобализации:
1. Политическая дискурсология: методология и направления научных исследований.
2. Политическая мысль современной России: от Модерна к постмодерну.
3. Массовая коммуникация как субъект и агент политических процессов в условиях глобализации.
4. Теория и методология миросистемного анализа на примере России.
В отчетном году предпринят комплексный анализ изменений институтов, смыслов и целей российского общества в постбиполярном мире. Главной задачей стало осмысление феноменологии политических изменений, происходивших в мире и в России после распада стабильной биполярной системы, по сути консервировавшей политический Модерн. Этот кризис выразился с одной стороны в деуниверсализации оснований «либерального консенсуса» мироэкономики, с другой – в разочаровании относительно возможностей глобального левого поворота к более справедливому иному будущему, олицетворением которого для мировой периферии был СССР.
Показано, что политические трансформации в актуальном постбиполярном мире и постсоветском обществе не всегда явно выражены институционально, не всегда имеют формально политический характер с теоретических позиций классического Модерна, не всегда могут быть адекватно описаны устаревшими «языками великих идеологий». Такие «метаморфозы Модерна» как трансформации привычных институтов и практик в постбиполярном мире, переходы от классового общества к массовому (потребительскому), стирание различий социальных групп и их превращение к виртуальные «группы населения», процессы трансгрессии привычных идеологий и легитимирующих политику ритуалов (выборы, демонстрации, опросы, референдумы и т.д.) – требуют появления новых категориальных аппаратов своего описания, все более ускользая от привычных модернистских теорий.
Более того, множественные и разнообразные трансформации Модерна, ускоренные социальными изменениями постбиполярного мира, в особенности опытом развала/распада СССР, не являются окончательными в своих существенных чертах. Поэтому не историческая обобщающая ретроспекция, а попытка прояснить направление, ценности и цели политических изменений российского общества, ведущих его в иное будущее, нежели наблюдаемое здесь и сейчас настоящее – таков ключевой предмет анализа.
Рассматривая социально-политические трансформации Современности, доказано, что прощание российсокго общества с политическим проктом Модерна преждевременно. Обоснован тезис о том, что Модерн – это все еще незавершенная современность для большинства населения планеты. Эта современность связана с формированием наций-государств, индустриальной экономикой, классовыми делениями общества и самоосмыслением политики в виде модерновых утопий и идеологий, центрированных на «либеральном консенсусе». Рассматривая актуальные трансформации, связанные с постиндустриализацией, формированием «общества потребления» и все большей зависимостью наций-государств от глобальных политико-экономических процессов, показано, что в настоящее время происходит естественное прощание с первоначальной моделью национального Модерна 19 века, а не Модерном вообще.
Обосновывается вывод, согласно которому утопических альтернатив равновеликих Модерну-Современности, демократии и капитализму в глобальном масштабе так и не появилось. Постмодернистская теория, критикуя Модерн и его отдельные недостатки «изнутри», так и не предложила ему действительной альтернативы. С другой стороны, стратегия консервации актуального статус-кво все более дискредитирует российский Модерн. В настоящее время в российском обществе усилилась негативная «неодновременности» национальной модели Модерна, которую можно преодолеть посредством политических проектов и подходов, претендующих на большую универсальность, нежели имеющиеся политические программы и учения, ограниченные в лучшем случае логикой национально-государственных интересов, в худшем - корпоративными интересами элит. Соответственно российское общество нуждается в консолидации посредством легитимирующих утопий и проектов, апеллирующих к будущему. Иначе более справедливое будущее просто не возникнет взамен слишком многих не устраивающих настоящего.
Особым предметом исследований отдела философии в 2007 году стал инновационный потенциал политической дискурсологии как новой научной дисциплины, разработка теоретико-методологических основ политической дискурсологии и применения методов дискурсивного анализа к изучению современных российских политических институтов и процессов. Разработка проблем политической дискурсологии произведена на основе обобщения международного опыта и классификации основных подходов, существующих в современном дискурс-анализе. Изучение теоретических работ и междисциплинарных исследований в сфере дискурс-анализа позволило выделить следующие основные подходы к интерпретации дискурса:
- лингвистические подходы к анализу дискурса, включая методы социолингвистики, лингвокультурологии и прочих лингвистических дисциплин;
- кратологические трактовки дискурса, фокусирующие внимание на властных характеристиках дискурса;
- семиотические трактовки дискурса, рассматривающие дискурс как знаково-символическое культурное образование, как культурный код;
- социально-коммуникативные трактовки дискурса, акцентирующие внимание на коммуникативных целях и социальных функциях дискурса;
- постмодернистские трактовки дискурса, представляющие дискурс как сетевое коммуникативное пространство, в котором происходит конструирование и переформатирование реальности;
- комбинированный подход к анализу дискурса, соединяющие элементы различных его трактовок.
Одним из главных теоретико-методологических достижений политической дискурсологии является разработка структурной модели политического дискурса. За основу предлагаемой модели берется теоретическая модель дискурса публичного выступления, которая базируется на коммуникативно-семиотическом подходе к дискурс-анализу.
В последние годы сформировавшаяся на базе отдела философии Уральской школы политической дискурсологии становится известной не только в России, но и за рубежом. Одна из тенденций – расширение сети региональных и международных контактов. В зону научного сотрудничества на сегодняшний день попали такие крупные центры политологических исследований, как РАПН, МГИМО, Академия госслужбы при Президенте РФ, кафедры политологии Омского, Тюменского, Уральского, Южно-Уральского государственных университетов, Забайкальского государственного педагогического университета и других образовательных учреждений высшего профессионального образования, а также Центры региональных исследований в Мексике (UNAM) и Китае.
В течение отчетного периода осуществлялась дальнейшая разработка, конкретизация и апробация методологии социокультурного анализа как теоретико-методологических основ исследования проблемы исторического становления феномена гражданина. Была осуществлена более тщательная проработка и конкретизация характеристик феномена гражданина (как единства устойчивого и изменчивого, социального и индивидуального, как сочетания универсальности и локальности) применительно к конкретным культурно-историческим типам западноевропейского гражданина – раннесредневековому, Позднего Средневековья, Нового времени.
Данная методология апробирована на примере анализа современной политической ситуации в России, касающейся состояния публичной сферы и возможности публичного участия российского гражданина в ее существовании и развитии. Выявлены институциональные и ментальные условия и особенности взаимодействия гражданина и власти, состояние политического отчуждения населения от политики, роль элиты, средств массовой информации, политических партий в этих процессах.
Выявлена структура, ценностно-смысловое содержание, целевые установки и другие характеристики властного дискурса, а также механизмы его воздействия на массовое сознание. Обоснована корреляция между ценностно-смысловой составляющей дискурса власти и преобладающими в массовой ментальности представлениями, установками, стереотипами и т.п. Для конструирования коллективной идентичности российского общества и навязывания его массовому индивиду официальный дискурс (названный нами дискурсом «стабильности и порядка») предлагает определенный тип решения нескольких бинарных оппозиций – свои («наши») – чужие (мы – они); целое (общее, отождествляемое с государством) – частное (индивидуальное); устойчивость (стабильность) – изменчивость; порядок – хаос (организация – самоорганизация, управление – самоуправление); активность - пассивность. Стабильность упорядоченной общности «своих» наделяется высшим моральным статусом и противопоставляется «чужим» (внешним и внутренним «врагам»), связанным со стихией и требующим изменения (реформ). За этими противопоставлениями высвечиваются установки ксенофобии, национализма, антиреформизма, этатизма, консерватизма.
В 2007 г. продолжены исследования в области теории и методологии политической науки, основным направлением которых являются исследования по политической дискурсологии. Первое направление относится к изучению энополитических и этносоциальных процессов в неопостсоветской Российской Федерации, теории и практики федеративных отношений, государственной этнической политики, ее реального состояния и концептуальных оснований. Второе направление связано с изучением новых российских идеологий, их дискурсивных практик, а также современной политической мифологии. Третье направление – саморефлексия политической науки, в частности развивающейся на Среднем Урале и в Свердловской области, анализ ее ведущих трендов и значения для политической практики.
В области истории политической мысли обоснованы положения, согласно которым либерализм и постепенно инволюционировавший к нему социализм именно потому в настоящее время оказались в кризисе, что они никогда не играли самостоятельной роли в обеспечении идеологического обоснования легитимности социального порядка. Главным всегда оставался модернизаторский проект, к которому они оба апеллировали. Сам по себе либерализм никогда не был цивилизационным проектом. Либерализм являлся почти «инструментальным» «довеском» к прогрессистскому, модернизаторскому проекту нового времени. Это был проект антропологический, почти религиозный, со сверхзадачей «упразднения судьбы». Пока задача признавалась актуальной, «работали» и либерализм и социализм. Когда она была признана утопической и нереальной, либерализм и социализм оказались в кризисе.
Выдвинута гипотеза, согласно которой в современной России появляется альтернатива как государственному, так и «красно-коричневому» патриотизму. Национализм в России начинает радикально менять свою природу. Он становится революционным и поневоле интернациональным. Националисты новой волны начинают выдвигать проекты, которые сознательно идут гораздо дальше, чем простое изменение менее выгодного положения в миросистеме на более выгодное. Националисты времен заката капиталистической миросистемы поднимают вопрос о том, как эту миросистему изменить.
В области политической аксиологии обосновано положение, согласно которому в последние годы видимый откат постсоветской России на периферию капиталистической миросистемы вызвал закономерную критическую рефлексию по поводу легких исторических путей и готовых рецептов для России, которые завели ее в тупики неолиберализма, теорий модернизации и транзита с одной стороны, и цивилизационной идентичности – с другой. Руководствуясь цивилизационным подходом Россия оказывается в арьергарде современной политической мысли Запада, солидаризируясь с маргинальными политическими течениями, такими как пещерный неоконсерватизм рейгановского разлива, традиционализм и обанкротившийся на практике многих периферийных стран (Чили, Аргентина, Восточная Европа, Россия) неолиберализм. Нынешние идеологи этих течений на самом Западе весьма далеки от того, чтобы реально влиять на национальную и международную политику своих стран, относимых к «западной цивилизации». Соответственно стала ощутима потребность в проектах, предлагающих России занять более справедливое место в миросистеме, адекватное ее экономическому, культурному и научному потенциалу. Но проблема в том, что проекты преодоления периферийности можно реализовать лишь путем изменения всей миросистемы и лишь как следствия самой России.
Показано, что легитимация актуального российского политического режима может быть осуществима только через выбор обществом нового модернизационного проекта, который вполне может стать практическим воплощением нового внятного общественного договора, так и не предложенного обществу взамен советского. Используя в качестве методологической основы новейшие и пока лишь частично переведенные в России концепции школы миросистемного анализа (И.Валлерстайн, С.Амин, Дж. Арриги, Ч.Тилли, Г.Дерлугьян и др.), обоснован вывод о том, что с позиций миросистемного подхода в истории российского обществоведения уже осуществлялись в разной степени успешные попытки осознания места России в миросистеме: просвещенческая парадигма, цивилизационные теории, западничество и почвенничество, социалистические теории (от народнических до марксистских), неолиберализм и т.д. Соответственно, предлагались модернизационные проекты изменения положения России в миросистеме: догоняющая модернизация (петровские и неолиберальные реформы), частичная автаркия (цивилизационные теории, почвенничество, «социализм в отдельной стране»), а даже скачок в новую «общественную формацию» и создание альтернативной миросистемы (СССР).
В результате предпринятого анализа возможностей модернизации, показано, что шансы России на улучшение своего положения на фоне начинающихся глобальных трансформаций, перераспределения экономических и политических ролей в постбиполярном мире, зон интересов остаются смутными. Дело в том, что условиями исторических рывков России всегда выступали централизация власти (через налоги, управление, армию и образование) и эксплуатация дешевого крестьянского труда, без которого не состоялась бы социалистическая индустриализация. Но сегодня ресурс российской деревни исчерпан в пользу города окончательно. Россия стала преимущественно урбанистической страной еще в начале 1960 годов. Поэтому властная элита со своей идеей вертикали власти фактически пытается, хотя и непоследовательно, опереться на хрестоматийную для российской истории централизацию, позволяющую «отжать» дополнительные ресурсы для осуществления модернизационных проектов в рамках всей России. Более того, сформировавшийся в советское время массовый тип личности индивидуалиста-потребителя все более болезненно воспринимает попытки свернуть объем достигнутых личных свобод и социальных гарантий в обмен на обязанности гражданина, вменяемые государством. Российское население проникнутое идеологией общества потребления вовсе не собирается быть более аскетичным ради каких угодно выгодных долгосрочных проектов.
Осложняет формирование нового общественного консенсуса то обстоятельство, что в постбиполярной политике вместо привычных модернистских идеологий эрзацем политики становится апелляция к здравому смыслу. Основная проблема видится в том, что в актуальной российской политике сформировался фундаментально неустойчивый, но тем не менее работающий дискурс «нормального общества потребления». Дискурс, который базируется на обманчиво самоочевидных аксиомах здравого смысла и не нуждается в отсылках к трансцендентному, то есть истории, морали, идеологиям. Споры в нем ведутся лишь о справедливости распределения потребления внутри общества. Кому и сколько дозволено потреблять. Однако легитимность подобного положения дел, не опирающегося ни на интегрирующую общество версию истории, ни на идеологические построения Модерна, ни на проекты и образы будущего, ни на преемственность символов и авторитетов, но лишь на «вечное настоящее» весьма шатка.
Поэтому эффективная легитимация настоящего политического режима возможна только через будущее, через консолидирующие общество вокруг всеобщих задач модернизационные проекты, а не через разъединяющие постсоветское общество попытки переписывания истории или отказа от перемен в пользу консервирующего статус-кво здравого смысла.
Ряд аналитических гипотез был проверен на материале направления отечественной «гражданской фантастики». Представляется, что данный жанр наиболее полно и «чутко» откликается на стоящие перед российским обществом социально-политические проблемы, конструируя те иные варианты их решений. В рамках проекта проанализирован ряд политических проектов, обнаруживаемых в современной отечественной фантастике. Показано, что как только идеологическо-реваншистская тенденция в фантастике 1990-х начинает идти на убыль, появляются проекты радикального изменения миросистемы или, по крайней мере, проблема этого изменения начинает ставиться всерьез. В области анализа политических дискурсов в художественной литературе установлено, что было бы непродуктивным пытаться обнаружить в фантастике и фэнтези идеологии и утопии в их «чистом виде». Утопии и идеологии просто не могут найти в фантастике достойного, аутентичного воплощения в силу того, что сам этот жанр сформировался на мировоззренческой волне, размывающей социальное и культурное значение идеологий и утопий.
Относительно жанра фэнтези обосновано положение, согласно которому этот жанр в своих лучших образцах задумывался как способ пропаганды христианства и борьбы с моральным коллапсом. Целью отцов-основателей было религиозное и моральное возрождение. Цели определили архитектонику жанра. Также установлено, что негативная оценка прогрессорства, имевшая место в творчестве Стругацких, имела свои корни в ситуации, когда уже была утрачено доверие к идеологиям. Сам прогрессор был довольно-таки искусственной фигурой, которая, представляла ясно ради чего она прогрессорством занимается. Выходило - что ради решения своих психологических проблем, имеющих глубокие корни в человеческой истории. До некоторой степени это были и религиозные проблемы, если учесть, что Бога заменяли исторические законы. Новый же герой демиургического типа появился когда стала ощущаться необходимость для России в каком-то глобальном проекте, который вывел бы ее из нынешнего состояния. Герой-демиург, желающий изменить мир и достаточно могучий для этого, теперь может позволить себе действовать без слишком сильных сомнений в правомерности своих поступков. Благое намерение становится достаточным оправданием действия в отсутствие светской или религиозной историософии.
Установлено что в фэнтези вырисовывается примерно тот же проект мультикультурализма, что имеет место в реальности, но более радикальный, в котором проблемы реального мультикультурализма игнорируются. Игнорируются же они в силу очевидности различий между расами и отсутствия социальной, религиозной и технологической проблематик, присущих реальной цивилизации. Тем не менее, реальное социальное следствие фэнтези – субкультура так называемых ролевиков – во многом отрицает описанный выше мультикультурный проект, который построен на очевидности различий между расами.
В течение 2007 года проведен анализ структурной динамики федеративных систем, сконструированных в виде определенных моделей. Содержательно результаты работы можно суммировать следующим образом.
Во-первых, предложена концептуализация федеративных моделей в качестве дистрибутивного механизма, определяющего характер циркулирования в государственной системе социально, политически и экономически значимых ресурсов. Подобная теоретическая интерпретация позволяет сделать вывод о том, что достижение контроля над структурными трансформациями федеративных моделей или обеспечение их стабильности является институциональной стратегией во взаимодействии политических акторов. Конкретные же формы федеративных систем можно рассматривать как зависимые переменные, производные от деятельности политических акторов.
Во-вторых, установлено, что среди многочисленных потенциальных и реальных участников федеративного процесса лишь ограниченное число акторов может выполнять функцию агента структурной динамики федеративной модели. С этой точки зрения наибольшим потенциалом влияния на структурные трансформации системы государственного управления обладают два типа элитных групп: государственные административные элиты и экономические элиты. Влияние элитных групп других типов на процесс структурной трансформации моделей федеративного устройства либо имеет ситуативный характер, либо ведет к конвертации их функционального статуса. На основании произведенного теоретико-методологического анализа сделан вывод о том, что критическим фактором в определении и динамике модели нормативного распределения ресурсов между уровнями управления федеративных систем является характер функциональной и территориальной интеграции элитных групп.
В-третьих, создана и эмпирически верифицирована матрица корреляций между субъектным составом федеративного процесса, характеристиками функциональной и территориальной интеграции между ними, степени конкурентности в дистрибуции ресурсов между ними и производными моделями федеративных отношений. При этом показано, что две модели нестабильных федеративных отношений, имеющие тенденцию к трансформации по направлению к построению альтернативных систем, а именно включительная и сецессионная модели базируются на высокой степени межэлитной диффузии. Таким образом, можно констатировать, что интенсивная межэлитная диффузия, совмещение и интеграция функциональных элит создают условия для вырождения федеративных моделей, и соответствующим образом, являются главным фактором, который приводит к упадку федеративных систем. Равным образом, структурная диверсификация, автономия функциональных элит формирует стабильные дуалистическую и кооперативную модели.
В-четвертых, показано, что процесс структурной эволюции и трансформации федеративных моделей является переходом от одной структурной модели к другой. Иными словами, указанные модели задают пределы трансформации структуры федеративного государственного устройства и ограничивают динамику федеративного процесса. Для подтверждения последнего тезиса было проведено исследование процесса структурной трансформации федеративного в динамике реального политического процесса в современной РФ. Показано, что для каждого из рассмотренных этапов федеративного процесса характерна высокая степень корреляции федеративной модели и субъектного состава участников федеративного процесса. В каждом случае реально формирующаяся модель совпадает с теоретически производной и оптимальной для данного состава участников.
Проанализирован концепт «вертикаль власти» как полисемантическая политическая метафора. Начат анализ современной российской пропаганды. Проведен анализ концепта «суверенная демократия». С содержательной стороны выявлены внутренние противоречия данного концепта связанные с тем, что суверенная демократия постоянно сравнивается с демократией конца 1990-х годов или олигархической демократией, однако при этом заявляется, что сравнивать российскую демократию с западной не представляется возможным, или по крайней мере эффективным. С формальной стороны, выявлены основный механизмы стимулирования общественной дискуссии о суверенной демократии, в частности привлечение особых каналов распространения информации и особое поощрение участников дискуссии.
Кроме того, в 2007 году отделом философии Института философии и права УрО РАН осуществлялся мониторинг политической, этнонациональной и межконфессиональной ситуации в регионах УрФО и СибФО и России в целом.

Дизайн и программирование
N-Studio беременность, мода, красота, здоровье, диеты, женский журнал, здоровье детей, здоровье ребенка, красота и здоровье, жизнь и здоровье, секреты красоты, воспитание ребенка рождение ребенка,пол ребенка,воспитание ребенка,ребенок дошкольного возраста, дети дошкольного возраста,грудной ребенок,обучение ребенка,родить ребенка,загадки для детей,здоровье ребенка,зачатие ребенка,второй ребенок,определение пола ребенка,будущий ребенок медицинская библиотека, медицинские книги, медицина, клиники и больницы, болезни, врач, лечение, доктор, наркология, спид, вич, алкоголизм православные знакомства, православный сайт творчeства, православные рассказы и стихи рождение ребенка,пол ребенка,воспитание ребенка,ребенок дошкольного возраста, дети дошкольного возраста,грудной ребенок,обучение ребенка,родить ребенка,загадки для детей,здоровье ребенка,зачатие ребенка,второй ребенок,определение пола ребенка,будущий ребенок
© 2006-2019
ИФП